В дореволюционной истории Кубани один из наиболее важных периодов приходится на 1860-е годы
380
Эпоха женского образования в России началась в 1764 году с основания императрицей Екатериной II Воспитательного общества благородных девиц в Новодевичьем Смольном монастыре в Санкт-Петербурге (институтом это заведение стало называться позднее).
После смерти Екатерины в 1796 году Смольный институт благородных девиц перешёл в ведомство жены Павла I, императрицы Марии Фёдоровны. Под её руководством в Петербурге открылись ещё два института, а в следующем столетии сложилась целая сеть подобных образовательных заведений по всей стране, известная как Мариинские женские институты. И хотя постепенно стали появляться ещё и женские гимназии, институты не исчезли, к 1917 году в Российской империи насчитывалось 3 таких заведения.
В дореволюционной истории Кубани один из наиболее важных периодов приходится на 1860-е годы. Именно это десятилетие определило последующее развитие региона.
В 1860 году создается Кубанская область и образуется Кубанское казачье войско. Эти преобразования по времени фактически совпали с началом эпохи «Великих реформ» в России.
С окончанием в 1864 году Кавказской войны в процессы модернизации страны включается и Северо-Западный Кавказ. Крупную роль в этом сыграл граф Ф. Н. Сумароков-Эльстон, с 1863 по 1869 гг. стоявший во главе Кубанской области и Кубанского казачьего войска.
Ф. Н. Эльстон получил хорошее военное образование, окончил артиллерийское училище и продолжил курс обучения при Артиллерийской академии. Служил в лейб-гвардии конной артиллерии, затем адъютантом при военном министре. Во время Крымской войны 1853-1856 гг. участвовал в военных действиях на Кавказе и в обороне Севастополя.
В 1856 году он женился на графине Е. С. Сумароковой и с высочайшего соизволения ему было разрешено именоваться графом Сумароковым-Эльстоном.
Графиня Елена Сергеевна Сумарокова-Эльстон (05.9.1829—15.4.1901).
Дочь генерал-адъютанта и генерала от артиллерии графа Сергея Павловича Сумарокова (1793 – 1875) и Александры Павловны, урожд. маркизы Маруцци (1790 – 1857), дочери посланника в Венеции.
Граф Феликс Николаевич Сумароков-Эльстон (24 января 1820 — 30 октября 1877) — русский генерал-лейтенант, генерал-адъютант, начальник Кубанской области и наказной атаман Кубанского казачьего войска
Графиня была старшей дочерью первого и последнего в роду графа Сумарокова. Замужем за генерал-лейтенантом, генерал-адъютантом графом Феликсом Николаевичем Сумароковым-Эльстоном (1820–1877). Мать семерых детей. Графиня Елена Николаевна Суморокова была последней в роду графов Сумароковых и поэтому её мужу досталась честь присоединить к своей фамилии графский титул жены.
С 1858 года граф Ф. Н. Сумароков-Эльстон командует Апшеронским, затем Грузинским гренадерским полками, с 1861 года исполняет обязанности начальника Кавказской гренадерской дивизии. В 1863 году Феликс Николаевич становится наказным атаманом Кубанского казачьего войска. Одновременно он командует Адагумским и Джубгским отрядом русских войск, действовавших на Северо-Западном Кавказе. В 1865 году наказный атаман ККВ Ф. Н. Сумароков-Эльстон назначается также начальником и командующим войсками Кубанской области. За свою боевую службу граф был удостоен ордена Св. Анны I ст., ордена Св. Владимира 2-й ст. с мечами, золотой саблей с надписью «За храбрость» и др. наградами. Имелись у него и иностранные награды – австрийский орден Леопольда, баварский Св. Михаила и гессен-кассельский Крест Вильгельма. В 1866 году он получил чин генерал-адъютанта.
Человек с выдающимися государственными и административными талантами, способный мыслить «на перспективу», Ф. Н. Сумароков-Эльстон внёс огромный личный вклад в развитие практически всех сфер общественной жизни Кубани.
С именем Ф. Н. Сумарокова-Эльстона связан новый этап в развитии народного образования на Кубани. Еще в 1863 г. Сумароков-Эльстон издал циркуляр, в котором говорилось: -
«Только при совместном распространении в войсковом населении элементарного образования, грамотности, под которой разумеется не только ее механический смысл, но и поучительные беседы, чтения с учащимися всех возрастов, можно надеяться на возвышение казаков в нравственном и хозяйственном их положении».
Атаман предписывал местному начальству активно включаться в дело создания школ, привлекал к нему и духовенство. При этом очень часто приходилось преодолевать инертное отношение к вопросам просвещения основной массы населения. В частности, в марте 1866 года митрополит Новгородский и Санкт-Петербургский, основываясь на присланных из Кубанского казачьего войска данных, сообщал военному министру: «местные жители вообще мало сочувствуют делу народного образования, от чего школы открывать трудно и еще труднее поддерживать. При том как прихожане, так и духовенство при своей бедности не могут сами обеспечивать всех школ всеми необходимыми средствами». Низким являлся уровень преподавания, не хватало помещений. И все же Сумарокову-Эльстону удалось добиться определенного прогресса в развитии школьного дела на Кубани. В его приказе по Кубанскому войску от 14 августа 1867 года говорилось: -
«Из доклада и ведомости школ Кубанского казачьего войска убеждаюсь, что дело народного образования выступило наконец из того заколдованного круга невежества и упорства, в котором оно держалось…».
К 1868 году в Кубанской области работало уже 217 школ. Делу народного просвещения способствовало и создание полковых библиотек, инициатором которого также Феликс Николаевич. В своем циркуляре от 21 октября 1863 года Сумароков-Эльстон подчеркивал, что их главная задача – дать всем желающим «…возможность читать периодические издания и произведения лучших русских авторов и тем удовлетворить необходимой потребности образованного общества и содействию развития в низших слоях общества стремления к грамотности...».
По инициативе наказного атамана из Московского Опекунского Совета были затребованы 4000 рублей для финансирования полковых библиотек, предприняты меры к налаживанию централизованного формирования их книжного фонда. Как отмечает известный кубанский библиограф А .И. Слуцкий, «в условиях военно-административного управления и отсутствия в области общественных библиотек именно полковые библиотеки Кубанского казачьего войска становятся хранителями документальной памяти региона, формируют и хранят "коллекцию текстов", необходимых для осознания регионом своей самобытности, своего неповторимого места в истории России и русской культуры».
С именем графа Феликса Николаевича Сумарокова-Эльстона и его жены Елены Сергеевны связано и становление светского женского образования на Кубани.
Первое учебное заведение для девочек было открыто в Екатеринодаре 20 октября 1863 года по инициативе атамана Кубанского казачьего войска, начальника Кубанской области генерал-майора графа Ф. Н. Сумарокова-Эльстона Екатеринодарским женским благотворительным обществом, которое возглавляла супруга графиня Елена Сергеевна Сумарокова-Эльстон.
Училище было названо Мариинским по имени государыни императрицы Марии Федоровны (1759-1828), супруги Павла Первого, как отмечено выше, создавшей целый ряд учебно-воспитательных и благотворительных заведений в России.
Первое здание Екатеринодарского женского училища. Краснодар, ул. Пушкина (Крепостная), дом № 19.
В современном Краснодаре это здание Краснодарского музыкального колледжа
В 1862 году этот дом был передан в дар городу войсковым старшиной и предпринимателем Александром Посполитаки. Дарственная записка о передаче здания городу была составлена им 3 июля 1862 года, и вскоре после этого Посполитаки ушёл из жизни. В завещании его говорилось: "А после смерти моей я отдаю все лавки с погребами и жилыми постройками, имеющимися во дворе, в вечное владение сего училищного заведения". Единственное условие дарителя состояло в том, чтобы училище носило его имя.
С 1863 по 1870 год в этом доме располагалось Екатеринодарское женское училище.
Некоторые историки и краеведы придерживаются мнения, что распространению женской грамотности Екатеринодар был обязан А. Л. Посполитаки.
Специалист «Крайгосархива» Жданова Л. А. отмечала высокую роль Екатеринодарского предпринимателя Посполитаки в деле женского казачьего образования. Но это чрезмерно завышенная оценка вклада денежного магната. Отметить вклад Посполитаки следует, но преувеличивать не стоит. Интересы его были разнообразны, но отнюдь не возвышенные.
Он являлся откупщиком винной монополии, соляных и рыбных промыслов, почтового дела, монопольно торговал мануфактурой, был крупным ростовщиком и не пренебрегал иными способами подзаработать.
В голод 1834-1835 гг. на Кубани, он (с помощью брата - темрюкского атамана) скупил привезённую турецкими купцами в Темрюк пшеницу по 2.5 рубля за пуд и продавал в голодающем Екатеринодаре по 6-7 рублей за пуд. В 1844 году Посполитаки взял в откуп Ачуевские рыбные промыслы, и якобы радея о доходах казенного промысла, добился от Войскового правительства решения перекрыть все ерики, подававшие либо забиравшие воду из Протоки - чтобы река не мелела. Ерики перекрыли, и рыба не приходила из моря. В результате промыслы западной и центральной части края стали разоряться. Затем Посполитаки берет в откуп ещё и все внутренние рыбные ловли региона - за 2000 рублей в год.
Став полновластным владельцем рыбных промыслов Кубани, Посполитаки пробивает в войсковом правлении решение открыть все связанные с Кубанью ерики, перекрытые, ранее по его же настоянию. Рыба снова пошла от моря, но теперь уже исключительно в посполитакинские сети. И везде «магнат» Посполитаки внедрял одну и ту же проверенную схему- сначала разорить и вытеснить из бизнеса небольшие местные компании, а затем занять их место, нанять по дешевке иногородних либо люмпенизированную станичную бедноту, сделав их труд практически бесплатным. С 1847 года Посполитаки взял в откуп и все рядовые приморские промыслы, наглухо перегородив своими сетями устья наиболее рыбных рек (Бейсуг, Ея). Так, он оставил без добычи рыбаков и на внутренних водоемах северо-западной части края. К 1850 году внутреннее рыболовство на Кубани было практически разрушено, а доходы войсковой казны от него стремились к нулю.
Члены войскового правительства с интересом смотрели Посполитаки в рот и в кошелек. Делец брал рыбные промыслы края в откуп, но казне платил немного. За Ачуевские промыслы - не дороже 30 тысяч рублей в год - вдвое меньше, чем платили его предшественники, и меньше, чем предлагали его конкуренты. Так, казак Ставцов в 1846 году давал за Ачуевские промыслы откуп на 17 тысяч в год больше, чем Посполитаки. Но войсковая канцелярия даже не рассмотрела его предложение. Посполитаки тогда посоветовал Ставцову отказаться от торга: - «Оставь, любезный, это намерение. Ведь надобно дать возможность откупщику уделить из откупной суммы и что-нибудь для членов войсковой канцелярии».
Не напоминает практику и скандалы нашего времени?
Капитализм не меняется, получение прибыли любыми средствами превыше морали и законов. Так что о богатом внутреннем мире успешного предпринимателя Посполитаки говорить не приходится. Ко многим людям к концу жизни приходит осознание совершённых греховных дел и необходимости совершить что-то полезное в искупление. Так это, вполне очевидно, случилось и с А. Посполитаки.
Все расходы на содержание училища несло войско. Цель учреждения была определена четкая: «обучение и воспитание дочерей офицеров ККВ, соответствующее их будущему назначению - быть добрыми супругами людей, большая часть жизни которых посвящена тяжелой службе по защите родного края».
Начальник Кубанской области назначил исполнять обязанности начальницы училища Полину Ивановну Антонович. В последующем пост начальницы занимали немало выдающихся дам. Особое место среди них занимает графиня Елена Сергеевна Сумарокова-Эльстон. Ответственный пост она занимала всего два года. Едва вступив в должность, графиня отказалась от положенного ей по штату жалования 200 руб. серебром в пользу заведения. Так образовался неприкосновенный капитал имени графини Сумароковой-Эльстон. Проценты ежегодно шли на экипировку беднейших воспитанниц при выпуске их из училища. В содержание учениц входило проживание, питание. обеспечение одеждой, бельем и обувью. Во всем соблюдалась строгая умеренность, простота и отсутствие роскоши.
В училище преподавались следующие предметы: закон Божий (краткая священная история, краткие катехизис и чтение Евангелия), русский язык (чтение, письмо, грамматика и практические упражнения), арифметика, начальные основы географии, чистописание и рисование, пение, рукоделие и хозяйство. Первый выпуск 1868-1869 учебного года получил по своим аттестатам право на звание домашних учительниц.
С сентября 1870 года Кубанское Мариинское женское училище разместилось в здании, специально построенном по проекту войскового архитектора Елисея Черника. С 1846 года Черник состоял до конца своей жизни войсковым архитектором Кубанского, прежде Черноморского, казачьего войска. Основная его работа Войсковой собор Святого благоверного князя Александра Невского* (Екатеринодар, 1853–1872) выполнена совместно со старшим братом Иваном Денисовичем (в последствии генерал-майор, академик архитектуры).
*Собор в честь Святого и благоверного князя Александра Невского на соборной площади. Собор был освящён в 1872 году, разрушен в 1932 году, копия собора возведена в 2006 году на ул. Постовая.
В память о талантливых зодчих в 1995 году одна из новых улиц Краснодара получила имя Братьев Черников.
Новое здание «о пятидесяти четырех комнатах» было возведено на территории бывшей усадьбы атамана Черноморского казачьего войска генерала Н. С. Заводовского (еще ранее принадлежавшей герою Отечественной войны 1812 года атаману А. Д. Безкровному), к западу от бывшей Екатеринодарской крепости, вдоль улицы, названной впоследствии Посполитакинской (ныне ул. Октябрьская), к югу от нынешней Постовой.
Перед зданием училища был устроен парк, позже названный Мариинским бульваром, а перед обращенным к западу фасадом и с северной стороны здания был устроен кирпичный тротуар. К кубанской пойме от училищного здания спускался фруктовый сад.
Новое здание женского Мариинского училища в Екатеринодаре открыло свои двери 1 сентября 1870 года. В доме разместились классные комнаты, специально оборудованные физический и биологический кабинеты, рекреационный зал, учительские комнаты и подсобные помещения, а также пансион (общежитие) для 125 «мариинок» - так называли в России воспитанниц Мариинских училищ и институтов.
Екатеринодар. Мариинский женский институт. 1904 г. Архитектор Елисей Черник.
Посполитакинская улица (Октябрьская) - перекресток с Почтовой (Постовой)
Программа училища была рассчитана на шесть лет и помимо общеобразовательных предметов, предусматривала обучение кулинарному искусству, рукоделию, домоводству, огородничеству и пчеловодству. 14 декабря 1902 года Кубанское Мариинское женское училище переименовано в Кубанский Мариинский женский институт с 7-летним курсом обучения.
Время шло и здание уже не вмещало всех желающих. Начальство Кубанского казачьего Войска решило построить более красивое и вместительное здание для учебного заведения. Проект строительства составил областной архитектор Александр Петрович Косякин. Это была его первая значительная работа. Плановое место на ул. Шереметьевской под постройку Мариинского института ранее принадлежало Кубанскому военно-ремесленному училищу с размещённой в нем оружейной мастерской. Все ветхие строения с территории были убраны, и 16 сентября 1906 года состоялась торжественная закладка здания. На молебне присутствовал генерал-лейтенант, с 11 (24) ноября 1904 года по 3 (16) февраля 1908 г. начальник Кубанской области наказный атаман ККВ, генерал от инфантерии Дмитрий Александрович Одинцов.
Строительство здания института длилось три года. Трёхэтажное здание Мариинского института обошлось Кубанскому казачьему войску во внушительную, по тем временам сумму 590 696 руб. 24 коп. Также 30 463 руб. 30 коп. было потрачено войском на шикарную мебель классных комнат, рекреационного зала, дортуаров, на убранство домовой церкви во имя Святой Екатерины, а также на приобретение дорогих портретов царствующего Дома Романовых. Эти живописные полотна выполнил академик Императорской Академии художеств Ян Францевич Ционглинский (1858-1912). В июне 1910 года он лично привез в Екатеринодар портреты Екатерины Второй, Государя Императора Николая Второго, его Супруги Александры Федоровны и вдовствующей Императрицы Марии Федоровны.
Это здание действительно являлось высокохудожественным произведением кубанского зодчества, большой творческой удачей Александра Петровича Косякина. «По красоте своей, величию и богатству архитектуры здание института является в Екатеринодаре одним из лучших» - писал в августе 1909 года в газете «Новая заря» один из очевидцев открытия нового здания.
В 1909 г. женский институт был переведен в новое здание по ул. Шереметевской (ныне им. Красина). В старом здании института разместилась мужская учительская семинария.
Здание Кубанского Мариинского женского института, 1906-1909 гг. Архитектор А.П. Косякин.
Фасад, вид с ул. Шереметьевской (ул. Красина, до 1940 года - ул. Арсенальная)
Рекреационный зал Кубанского Мариинского женского института
Вместе с учебным заведением в новое здание была перемещена домовая церковь во имя Екатерины Великомученицы.
Общий вид алтаря домовой церкви института на втором этаже здания института
Освещение церкви состоялось 24 октября 1909 года, обустроена она была на средства Кубанского казачьего войска. Во время своего пребывания в городе перед отъездом на Кавказский фронт 21 ноября 1914 года Кубанский Мариинский женский институт и Екатерининскую церковь посетил император Николай II.
Начальницами Мариинского женского института назначались Начальником Кубанской области:
1863—1866 годы — Полина Ивановна Антонович (бывшая надзирательница училища им. А. Посполитаки);
1866—1868 годы — Елена Сергеевна Сумарокова-Эльстон (графиня, супруга наказного атамана Кубанского казачьего войска);
1868—1870 годы — Софья Адольфовна Эйнбродт (вдова ординарного профессора Московского университета);
1872—1876 годы — Софья Фёдоровна Лебедева (вдова надворного советника, получившая образование в Таганрогском пансионе благородных девиц);
1877—1904 годы — Анна Михайловна Казаринова (дочь коллежского асессора, окончившая курс наук в Московском училище ордена Св. Екатерины);
1904—1917 годы — Ольга Александровна Апухтина (вдова отставного гвардии поручика, окончившая курс в Псковской Мариинской женской гимназии).
Учебно-воспитательный процесс в институте обеспечивался высококвалифицированными преподавателями, в числе которых были выпускники Московского университета, Санкт-Петербургского, Киевского и Харьковского университетов, а также Гренобльского университета (Франция), Марбургского университета, Московской духовной академии, Императорских Академии художеств и Придворной капеллы. В их числе статский советник С. И. Калайтан преподавал историю, кубанский художник П. С. Косолап преподавал каллиграфию и чистописание.
Кубанский женский Мариинский институт. Выпуск 1907 года. В центре - начальница института, вдова отставного гвардии поручика Апухтина Ольга Александровна. По левую руку от неё - член Совета, управляющий хозяйственной частью и заведующий канцелярией войсковой старшина Пивень Иван Матвеевич.
Верхний ряд: Крайний слева - Федор Исидорович Полторацкий (естествознание и физика), в середине С. Д. Орлов (врач), второй справа - А. А.Троицкий, крайняя справа - Е. Т. Еремина.
Второй ряд: Ф. Е. Ткаченко (пение), В. А. Речкин (русский язык), А. С. Белановский (о. Арсений, Закон Божий), М. И. Донченко (инспектор классов), вторая справа учительница немецкого языка, классная дама М. А. Цернаск, крайний справа – С. И. Калайтан (история).
Институтский костюм XVIII века во многих чертах воспроизводил обычное платье дворянки того времени, сохраняя неизменность в течение 150 лет. Белые фартуки, пелеринки, нарукавники - они не расставались с такой формой в течение всего курса обучения, а это - семь долгих лет. Даже в крокет играли в пелеринках - в руках у барышень, запечатлённых на снимке, крокетные молотки.
Институты Мариинского ведомства постоянно переживали реформирование, зачастую именно здесь впервые в школьном быту опробовались нововведения (в том числе в области медицины, санитарии и гигиены и пр.), и лишь институтское платье оставалось прежним. Один и тот же костюм, характерный для всех институтов Российской империи, от Варшавы до Иркутска, подчеркивал единство культурного пространства, одинаковых для всех институтов повседневных практик, нивелировал различия между бедными и богатыми воспитанницами, дисциплинировал и в то же время поддерживал в институтках сознание общности.
Женские школы, которые находились под защитой императорской семьи, были одним из известных всем символов царской России, олицетворяя этическую и моральную стабильность монархического строя, что подчеркивал неизменный и узнаваемый облик воспитанниц.
В классе рисования Кубанского женского Мариинского института
После Октябрьской революции Кубанский женский Мариинский институт был закрыт.
В ноябре 1918 года он был реформирован и переименован в войсковую женскую гимназию, а в 1920 году воспитанницы и преподаватели были распущены.
В 1920-е годы в здании размещалась партийная школа, а с 1924 года Кавалерийская школа горских национальностей Северного Кавказа, сформированная на основании приказа СКВО № 592/102 от 16 августа 1924 года. Первым начальником школы стал опытный кавалерист Л.Я. Вайнер (1897—1937), бывший командиром Особой кавалерийской бригады 1-й Конной армии в годы Гражданской войны.
Первоначально это военно-учебное заведение было развёрнуто в Ростове, но из-за недостатка площадей в августе 1924 года переведено в Краснодар. Школа разместилась в просторном здании бывшего Кубанского Мариинского женского института Кубанского казачьего войска. По воспоминаниям курсанта этой школы набора 1929 года Х.Л. Харазия, впоследствии генерал-лейтенанта Советской армии, «величественный ансамбль» здания школы, «замысловатые лепные украшения, роскошный парадный подъезд со стороны фасада придавали ему ещё более нарядный и торжественный вид. Не менее импозантно здание и внутри: высокие потолки, огромные светлые комнаты, обширные гулкие коридоры».
Кроме главного здания, школе были также отведены склады, манеж, конюшни и другие подсобные помещения, а также большой пустырь вплоть до моста через реку Кубань, использовавшийся как полевой ипподром.
На прибывавших в школу молодых людей, по большей части впервые покинувших свои аулы, большой город и это здание производили сильнейшее впечатление.
В годы Великой Отечественной войны здание довольно сильно пострадало, но было восстановлено в 1950 году.
Объект культурного наследия Здание Кубанского Мириинского женского института, 1906-1909 гг. Архитектор А.П. Косякин. Краснодар, ул. Красина (Шереметьевская, Арсенальная), 4
С 1954 года в здании находилось Краснодарское высшее военное училище имени генерала армии С. М. Штеменко. В 1998 году училище переименовано в Краснодарский военный институт (КВИ). В 2004 году КВИ преобразован в Краснодарское высшее военное училище (военный институт) имени генерала армии С. М. Штеменко. В 2015 году училищу возвращены самостоятельный статус и название: «Краснодарское высшее военное училище имени генерала армии С. М. Штеменко».
В старом здании бывшего женского института, построенного по проекту Черника, а затем мужской учительской семинарии в советское время разместили Детский дом №1. Здание было разрушено во время ВОВ и не восстановлено. На этом месте построен 4-этажный дом.
Краснодар, дом по адресу ул. Постовая, 8/ ул. Октябрьская (Посполитакинская), 23
на месте первого здания Мариинского женского института
Первое здание Екатеринодарского женского училища (ул. Пушкина, 19) сохранилось и служит просвещению в наши дни. После освобождения Краснодара от фашистских захватчиков здание было передано Краснодарскому музыкальному училищу.
К основному корпусу в дальнейшем был пристроен концертный зал. В 1966 году, в год 60-летия, училищу было присвоено имя Н.А. Римского-Корсакова.
Подготовил Владимир Шмелёв
