Культура:

«Маты-атаманша» всея Кубани

19.06.2020

Новая газета Кубани» начинает серию материалов о наших выдающихся земляках

Автор: Денис Шульгатый

529

0

«Знающий прошлое - видит будущее»: эта нехитрая истина в наши дни в очередной раз показывает свою правоту. Сегодня, когда на Западе толпы доморощенных революционеров с упоением разрушают собственную историю, нам, прежде чем злорадствовать, неплохо бы вспомнить, что нечто подобное, только в разы более кровавое, Россия прошла более ста лет назад. Есть о чем вспомнить и Кубани, где крушение памятников «проклятого прошлого» шло рука об руку с изгнанием, шельмованием, а зачастую и жестокими расправами над теми, кто не пожелал принять «ветер перемен». Долг нынешних поколений - сохранить память о тех людях, очистить их доброе имя от пропагандистских наветов и рассказать о том, что сделано ими на благо Кубани. «Новая газета Кубани» совместно с заслуженным работником культуры Краснодарского края, историком Наталией Корсаковой готовит серию материалов о наших выдающихся земляках. И начать мы решили со статьи о Софии Иосифовне Бабыч, супруге и вдове последнего наказного атамана Кубанской области, Михаила Бабыча. Наталия Александровна, много лет занимающаяся историей кубанского казачества и казачьей эмиграции, любезно согласилась поделиться с нами собранной ею уникальной информацией и фотоматериалами.

- София Бабыч, урожденная Сташевская, родилась в 1871 году в семье статского советника, уроженца города Вильно, - рассказывает Наталия Корсакова, - в письмах она писала: «Отец мой оставил Польшу в годы покорения Кавказа и никогда обратно не возвращался, сроднился с Россией, которую любил, и был ее верным гражданином... служил в суде Бакинской губернии. Моя мать православная, рожденная Тутковская, из дворян Полтавской губернии». В Баку София закончила Институт Святой Нины, по специальности - преподаватель географии и истории. Там же в Закавказье она и познакомилась с будущим мужем. Произошло это, как обычно бывало в той среде, на балу дворянского собрания, где присутствовали многие военные - женатые и вдовцы, как сам Михаил Бабыч. Их познакомила княгиня Накашидзе, супруга вице-губернатора Эривани Михаила Накашидзе. Несмотря на то, что разница в возрасте составляла 27 лет, они очень понравились друг другу: уже через месяц Михаил Бабыч предложил ей руку и сердце, а София дала согласие. Брак был заключен в 1894 году в Эривани, в тесном кругу местных военных.

Вскоре супруги переехали на Кубань, где у них, в 1904 году, родилась первая дочь - Елена. Михаил Бабыч, был родом из потомственных дворян Кубанского казачьего войска станицы Нововеличковской. На Кубани он сначала стал атаманом Екатеринодарского отдела, а с 1908 года стал первым атаманом Кубанского казачьего войска из потомственных кубанских казаков. София Бабыч приводит текст письма наместника Кавказа генерала Вороноцова-Дашкова императору Николаю Второму: «Генерал Бабыч не только основательно знаком с условиями жизни и нужд казачьего и неказачьего населения области, он человек честный, энергичный и не почитает кумовства. Его происхождение обладает огромным преимуществом». Свой авторитет в Кубанской области быстро завоевала и сама София Бабыч, о чем писал казак из станицы Кавказской, известный писатель русского зарубежья, Федор Елисеев: «Выйдя замуж с институтской скамьи, она сразу стала матерью-атаманшей большого общества офицеров и их семейств. По высокому положению мужа ей нужно было сразу взять соответственный темп жизни».

София Бабыч с мужем и дочерьми. Екатеринодар 1906

- В Екатеринодаре супруги Бабыч проживали на углу улиц Крепостной и Бурсаковской (ныне Пушкина и Красноармейской),- рассказывает Наталия Корсакова,- напротив современной школы N48. Сейчас этот дом снесли и поставили пятиэтажный дом. А в упомянутой выше школе остался фундамент Дворца наказного атамана, в котором работал как сам Бабыч, так и его супруга, ставшая главной покровительницей всей благотворительности на Кубани.

Традиции благотворительности на Кубани имели давние корни: еще в годы правления Екатерины Второй здесь появились первые учреждения для поддержки беспризорных детей и сирот. С тех пор на Кубани организовывалось множество благотворительных учреждений не только образовательной, но и культурной направленности: музыкальные, художественные и прочие. В начале 20 века в России было около пятисот благотворительных обществ - из них более ста на Кубани. Традиции благотворительности распространялись снизу вверх, начавшись с императорской семьи: большой размах, например, данная деятельность получила в годы правления Александра Второго - этим занималась его супруга, как все российские императрицы Мария Аленксандровна, Мария Федоровна и Александра Федоровна. Вскоре традиции благотворительности стали популярными среди дворянства, а затем распространились в среде купечества и зажиточного крестьянства. Наибольшее внимание уделялось поддержке обучения и воспитания: даже в самых беднейших слоях могли рассчитывать на получение образования вследствие благотворительности.

-Жены состоятельных купцов, чиновников, предпринимателей считали честью помогать  мужьям своей участием в благотворительности, - рассказывает Наталия Корсакова, - да и общество было в этом заинтересовано: кто же лучше донесет до того или иного начальника народные чаяния, чем его жена? Благотворительность хорошо консолидировала тогдашнее общество - то, что сегодня нам очень не хватает.

На Кубани «Маты-атаманша», как именовали супругу Бабыча многие кубанцы, возглавляла 30 благотворительных обществ. Самым крупным из них была Община сестер милосердия Российского Общества Красного Креста, созданная еще в 1894 году под покровительством государыни императрицы Марии Федоровны. Когда Михаил Бабыч стал наказным атаманом, София Иосифовна взяла попечительство над этой общиной. К 1914 году в ней было 40 сестер милосердия прошедших прекрасную подготовку у медиков Кубани и Санкт-Петебурга, а также на специальных курсах в Швеции. Сестры милосердия были из состоятельных дворянских, купеческих и казачьих семей, выпускницы женских гимназий и Мариинского института. Община немало сделала для развития медицины на Кубани, старалось, чтобы во всех станицах и хуторах был хотя бы фельдшерский пункт. Несколько поездов материальной помощи общество снарядило и на фронт русско-японской войны, куда некоторые девушки выезжали сами - также как и в Первую мировую войну. Многие кубанские сестры милосердия, участвовавшие в Первой мировой и Гражданской войнах, награждены Георгиевскими крестами, а о сестрах милосердия Корниловского похода слагались песни и легенды.

Удостоверение сестры милосердия, подписанное Софией Бабыч

-Большинство их погибло в Гражданской, - рассказывает Наталия Корсакова, - достаточно вспомнить судьбы четырех сестер милосердия, захваченных красными во время Улагаевского десанта. Девушки надеялись, что их, как медсестер, не тронут - вместо этого их буквально порубили на части, под станицей Роговской.

В дореволюционные годы успех работы общины полностью зависел от благотворительной помощи, которую блестяще организовала София Бабыч. Помимо подготовки медицинского персонала община оказывала благотворительную помощь фронту: сестры милосердия собирали посылки с продуктами, одежду, письма. В 1916 году на средства семьи Бабыч и на благотворительные пожертвования открылась  водолечебница получившая имя «маты-атаманши». В своем письме Елисееву в 1956 году София Бабыч вспоминает о том, как в 1916 году посетивший Екатеринодар император Николай Второй осмотрел водолечебницу:

«Пришел в восторг от состояния и работы лазарета общины на 50 кроватей, что выразил мне словами на прощание и эти слова по сие время звучат в моем сердце. В этом лазарете ни один раненный, отравленный на фронте газами, не погиб, вышел здоровым. По приезде в Петроград я получила от Государя большую серебряную медаль для ношения на Владимирской ленте и от императрицы Марии Федоровны Знак отличия Красного креста с надписью "За заботу о больных и раненных воинах».

-Эта водолечебница существует и поныне, но лишь в начале нулевых  на ее здание было возвращено имя ее основательницы,- говорит Наталия Корсакова.

Активное участие принимала София Бабыч и в деятельности иных благотворительных обществах. Большую работу, например, она проводила в Дамском комитете, занимавшемся, прежде всего, организацией помощи в воспитании сирот и неимущих детей в городах и станицах. На собранные пожертвования открывались ремесленные классы, кружки рукоделия, где дети получали необходимые профессии. При участии атамана и его супруги в Екатеринодаре открылся дом для беспризорных детей с ремесленной школой. Доктор медицины Стефан Мащенко, казак станицы Динской, в своих воспоминаниях, написанных в Париже, рассказывал о высокой культуре и активной благотворительной деятельности Софии Бабыч. Ею было создано Музыкальное общество, ставшее прообразом будущего музыкального педагогического техникума созданного уже в советское время. Среди других обществ можно назвать «Общество помощи больным туберкулезом», «Общество помощи беспризорным детям», «Театральное общество», «Географическое общество», «Русское общество» и множество других. Для всех София Бабыч находила, как сейчас бы выразились, спонсоров, составляла уставы, подбирала коллектив, проводила праздники.

Большинство этих обществ не пережило 1917 года - новая власть боролась с благотворительностью, как с «пережитком прошлого». Однако потери самой Софии Бабыч от Советской власти оказались намного более тяжелыми - именно большевики жестоко казнили ее мужа, 74-летнего Михаила Бабыча.

- В 1917 году наказной атаман, не найдя общего языка с Временным правительством, попросил отставку, - рассказывает Наталия Корсакова, - после чего семейство Бабыч уехало в Кисловодск, хотя им и предлагали перебраться один из портовых городов, чтобы можно было, в случае чего, уехать за границу. Но они решили остаться в России.

Это решение оказалось для Михаила Бабыча роковым: в августе 1918 года в город Пятигорск прибыла комиссия большевиков в составе Лещинского, Аксельрода, Мансурова. Ночью 6 августа по их распоряжению были арестованы многие известные военные и общественные деятели, в том числе Михаил Бабыч. Всех арестованных поместили в гостинице под охраной. Прошел слух, что комиссия предлагала вывезти арестованных не то в Армавир, не то в Георгиевск, чтобы предать их там военно-полевому трибуналу. Но затем, по распоряжению комитета солдатских и рабочих депутатов, Михаил Бабыч был вывезен в лес и у горы Бештау изрублен шашками.

«Все мои хлопоты и просьбы, - писала София Бабыч в своих воспоминаниях, - выдать тело мужа были тщетны».

Самой ей удалось избежать участи мужа благодаря «белому партизану», кубанскому казаку Андрею Шкуро: сентябре 1918 года его отряд захватил Кисловодск, освободив Софию Бабыч. В местном соборе была отслужена панихида в память убитого атамана. Шкуро помог Софии Иосифовне, вместе с двумя дочерьми выехать сначала в Баталпашинскую, а потом в Екатеринодар, где он разместил их под охраной в своем доме на углу улиц Графской Ипосполитакаинской, (ныне угол Комсмольской и Октябрьской).

«Вечно вспоминаю Андрея Григорьевича Шкуро, - писала София Иосифовна, - принявшего деятельное участие в моей судьбе, жалею его. Вечная ему память и молитва за упокой».

В Екатеринодаре вдова атамана обращается к генералу Деникину с просьбой отыскать тело супруга. Расследование было поручено генерал-лейтенанту Игнатьеву, председателю Кавказского окружного военного суда. Сторож кладбища города Пятигорска показал место захоронения Бабыча. Ночью 7 августа обнаженное, обезображенное и порубленное шашками тело атамана, прикрытое ветвями, привезли на линейке.

«Оно было брошено в чужую могилу с надписью, что здесь похоронен красноармеец, умерший от тифа,- писала София Иосифовна. - Опознали его по зубам, бороде и волосам на голове. Останки положили в цинковый гроб и отвезли в Екатеринодар».

3 апреля 1919 года гроб был торжественно помещен в нишу Свято-Екатерининского собора с установлением бронзовой таблички.

«Мой возраст такой, - вспоминала уже в эмиграции София Иосифовна, что не дождусь я своей родной обожаемой России, чтобы лечь недалко от моего любимого супруга».

-К счастью, - говорит Наталия Корсакова, - София Иосифовна так никогда и не узнала, что в начале 1921 года останки атамана были просто выброшены из собора. Об этом рассказали когда-то еще живые старожилы города краеведу Виталию Бардадыму.

Сама София Бабыч, как и ее дочери, проживали, можно сказать, в бедности: как раз в это время Деникин начал сбор пожертвований на нужды армии и София Бабыч отдала все свои ценности и деньги в Екатеринодарский банк. Отдавалось это сроком на полгода, но по истечении срока, разумеется, никто ничего не вернул. Тогда София Иосифовна попросила назначить ей пенсию - ей выделили крошечное содержание, на которое было невозможно жить. И тогда старшая дочь, Елена, устроилась секретарем-машинисткой в дипломатическую английскую миссию в Екатеринодаре. Знание английского языка, предопределило ее судьбу: в миссии она познакомилась с офицером Королевского флота Леоном Моссом. Именно англичане помогли Елене Бабыч, а также ее матери и сестре, Екатерина, уехать за границу - через Константинополь в Париж, где и состоялась свадьба Елены Бабыч и Леона Мосса. Посаженным отцом был  черкесский князь Батырбек Шарданов, принявший немалое участие в судьбе семьи. Кстати, именно его дом был отдан под картинную галерею - ныне Художественный музей имени Коваленко.

Свадьба Елены Бабыч и  Леона Мосса, с членами их семей. София Бабыч вторая справа. Крайний слева - Батырбек Шарданов. Париж 1921

Выйдя замуж, Елена, - теперь уже Мосс, - отправляется в Англию, в Лондон. Ей потом пришлось немало поездить по миру - ее муж, как человек военный, немало послужил в многочисленных в то время колониях Британии. В Лондоне же осталась и сама София Бабыч, с тех пор жившая в столице туманного Альбиона.

Леон Мосс вскоре выходит в отставку и оседает в Лондоне. Вскоре у Елены Бабыч родилась дочь - названная Софией, в честь бабушки.

- О внучке Софии Бабыч я узнала, когда гостила в США у Наталии Назаренко, - рассказывает Наталия Корсакова. - Атаман Вячеслав Науменко немало переписывался с Софией Бабыч - в частности, она обсуждала с ним вопросы сохранения казачьих регалий. И из его писем мы узнали, что с ней 11 лет переписывался Федор Елисеев - благодаря ей он опубликовал три очерка в эмигрантской прессе. Я встретилась с его сыном, Георгием - для этого нам с Наталией Назаренко пришлось проехать из Нью-Джерси до самой границы с Канадой, в штате Нью-Йорк. Это было в 2001 году, как раз в те дни, когда был совершен теракт 11 сентября, с обрушением башен-близнецов Всемирного Торгового центра. Георгий разрешил мне поработать с архивами его отца - я жила у него три дня и все это время я работала с письмами, даже отказавшись от приглашения поехать на  Великие Озера. И, наконец, я нашла в шкафу папку, в которой и хранилась переписка с Софией Бабыч, с 1952 по 1964 год. Я читала ее всю ночь - боялась, что Георгий мне ее не отдаст. Но письма он мне все-таки отдал. И вот, найдя почтовый адрес, мы вместе с Наталией Вячеславовной написали письмо Софии - внучке и тезке Софии Иосифовне. А потом я уже Краснодаре получаю письмо для «мадам Наталии Корсаковой». С тех пор мы начали оживленную переписку с Софией Бронсон - по фамилии мужа, Питера Бронсона. Тоже, кстати, офицера Британского флота, контр-адмирала - в этой англо-казачьей семье уже сложились определенные традиции, связанные с английским флотом.

София Бронсон 2008 г

София Бронсон много рассказала Наталии Корсаковой о бабушке.

- София Бабыч научила внучку читать по-русски, дала ей очень хорошее домашнее образование - рассказывает Наталия Александровна, - привила ей интерес к своим корням, к истории России и Кубани, читала ей русскую классику и рассказывала кубанские сказки. В присланной мне собственной фотографии София Бронсон на обороте написала: «Я всегда помню, что я тоже кубанская казачка». В Лондоне у нее же родилась дочь, правнучка Софии Бабыч, Александра. Сейчас она в Лондоне преподает философию. Мы с ней регулярно переписываемся и по сей день. Что же до Софии Бабыч, то, по словам потомков, она и в Англии продолжала активную благотворительную деятельность, до самой своей смерти в 1964 году.

Вторая дочь Софии и Михаила Бабыч, Екатерина, работала переводчицей в нефтяной компании, куда ее устроил Батырбек Шарданов. Там же в Париже она выходит замуж за одного из работников этой компании. У нее родился сын, который, возможно, жив и по сей день.

- К сожалению, мы не знаем судьбы сына Екатерины,- говорит Наталия Корсакова, - не знаю даже его имени. Может быть, если он или кто-то из его потомков читает по-русски, то прочтет и эту статью: откликнется, найдет способ связаться? Очень на это надеюсь.

- Наталия Александровна, и все же на ваш взгляд - в чем роль Софии Бабыч в истории Кубани. Чему ее история учит нынешнее поколение?

- Понимаете, глядя на ситуацию в современном обществе, нельзя не заметить, что восторжествовал принцип «Человек человеку волк». Везде какие-то дрязги, везде какие-то разборки, никто не желает никому не то что помогать, но и просто посочувствовать. И на этот фоне резким контрастом выделяется фигура Софии Бабыч: став супругой наказного атамана, «первой леди», как сказали бы сегодня, она не только сама многое сделала для простого народа, но и стала примером для других дам высшего общества. Достаточно вспомнить ее роль в развитии медицины на Кубани: это и строительство водолечебницы, и обустройство фельдшерских пунктов в каждой станице, и отправка сестер милосердия на стажировку в Швецию. А давайте теперь посмотрим на жен современных чиновников и бизнесменов - про кого из них мы знаем хоть что-то похожее? «Маты-атаманша»- такое прозвище она получила как раз те качества, которых днем с огнем не сыщешь у жен нынешних людей облеченных властью: чиновников, предпринимателей, банкиров. Вот с кого бы надо им брать пример! Считаю, что София Бабыч по праву должна войти в число наиболее выдающихся женщин нашей малой Родины.

Редакция НГК выражает глубокую признательность НА Корсаковой за помощь в подготовке этого материала

Комментарии

Написать комментарий

Отмена

Комментариев к этой новости пока нет.